|
В Юрьев-Польский мы ездили 5 января – как раз посередине новогодних каникул. Ездили, как мы это обычно делаем, одним днем. Было очень холодно, зато солнечно. Вообще, с погодой нам повезло, потому что до выхода на работу ясных дней уже не было – то шли снегопады, то стояла серая мгла, что, вообще говоря, необычно для такой холодной погоды, какая выдалась в начале этого года.
С утра мы долго раскачивались, выехали из дома после одиннадцати и на место приехали только в начале третьего. Для короткого зимнего дня это недопустимая расточительность. Таким образом, на изучение достопримечательностей Юрьева-Польского при естественном освещении мы оставили себе не больше двух часов, а на фотосъемку и того меньше – что-то около часа. Благо, городок совсем небольшой, и в лимит времени мы почти уложились.
Въехав в город, мы обратились за помощью к местным жителям, которые любезно указали нам дорогу к Георгиевскому собору и Михайло-Архангельскому монастырю – главным достопримечательностям Юрьева-Польского, компактно расположившимся в центре города. Учитывая дефицит времени, начинать осмотр с чего-либо другого (а из окна автомобиля мы заметили еще два-три памятника старины, которые могли представлять интерес для детального изучения) было бы не разумно. В результате, с чего мы начали, тем к наступлению темноты и закончили.
Согласно предварительно подсмотренной в интернете информации о Юрьеве-Польском, периметр валов, которыми первые строители города окружили свое детище, должен был составлять что-то около километра. Тысяча метров – это очень немного для окружности, описывающей границы города. Получился эдакий укрепленный прыщ на ровном теле суздальского ополья. Подумать – зачем вообще врагу подступаться к этим стенам, которые так легко можно было обойти, не заметив их. Но враги не оставляли город без внимания, подходили к его стенам, а подойдя, жгли их огнем. И потому из всех сооружений Юрьева-Польского с древнейших времен до наших дней дожили только крепостные валы, которые в огне не горели, а срывать их не было надобности.
Памятники славянской старины, сохраненные для нас временем, принесенные нам в тесном кольце валов аккуратно, как подснежники в лукошке, появились на свет в более поздние времена: изначальная постройка Георгиевского собора и основание Михайло-Архангельского монастыря относятся к 30-м годам XIII века. Но древний величественный собор спустя два века после постройки рухнул по причине несовершенства использовавшихся при его строительстве технологий. Вскоре он был собран из того же материала заново, но потерял при этом половину своего роста, зато взамен приобрел суровый кряжистый вид. Самая же древняя из сохранившихся до наших дней построек Михайло-Архангельского монастыря относится к XVII веку.
Собор стоит как бы в центре окружности, образованной насыпью, сам по себе, в стороне от монастыря – одинокий старый богатырь в поношенных доспехах, не желающий признавать своих лет. Монастырь же расположился в восточной половине круга, плотно подперев вал своими стенами. В нескольких местах гребень вала оказывается едва ли не выше их, что, конечно же, не хорошо с точки зрения обороны обители, зато очень удобно для ее фотографирования, в том числе, и для панорамной съемки.
Есть в этом небольшом городке пара мест, с которых открываются сюжеты, ставшие хрестоматийными. Прежде всего, это панорама монастыря, снятая с южной полуокружности вала, – уже приехав домой, я наткнулся в интернете на снимок, сделанный примерно с той же точки, только летом. Другой «классический» сюжет открывается, когда поднимаешься на вал с северной стороны (внизу под ним небольшая автостоянка, поэтому, я думаю, многие начинают знакомство с достопримечательностями Юрьева-Польского именно с этого места). С этой точки взору открывается чудесный открыточный вид: на переднем плане изрядно обветшалые частные деревянные домишки за покосившимися заборами, а на заднем плане – древние, величественные, побитые временем и неприятелем, белокаменные стены и башни.
Этот вид порождает ощущение диссонанса между днем вчерашним и днем сегодняшним, которое усиливается оттого, что за белыми стенами как будто пустота, чистое поле. На самом деле, там дальше продолжается город, есть жилые дома, но их не видно. Видно только небо. Фантастическое зрелище вырисовывается – последний рубеж цивилизации или что-то в этом роде.
Какое странное, непостижимое смешение двух миров! Как хочется пробиться мысленным взоров сквозь непроницаемую стену времени, вырваться из дня сегодняшнего и хоть одним глазком, хоть в самую узкую щелочку увидеть жизнь, бурлившую здесь во времена, которых, кажется, и быть никогда не могло! Разум понимает, что было – не могло не быть, а воображение не справляется.
Вот приехал в 1152 году князь (год известен, известен и князь – это был Юрий Долгорукий) с дружиною… Сейчас Юрий Долгорукий – это памятник перед зданием Моссовета. А тогда это был другой человек, раз в пять, наверно, или в десять помельче верзилы с Тверской. Ехал мил-человек верхом на доброй своей лошадке, оба вспотели, устали, мошкара их замучила. За князем дружина – сколько их было, кто знает? Как ехали они, куда, с какой целью? Знали ли дорогу или ехали наобум? Жил ли там, куда они приехали, кто-нибудь, или же остановились странники на пустом месте и только потом, отдохнув и осмотревшись, решили ставить на нем город?
От Суздаля, из которого предположительно они ехали, до этого места километров 70 – это более-менее стандартное расстояние между городами тех времен, определявшееся длинной дневного конного перехода. Выехали, надо думать, утром, а прибыли, стало быть, ближе к вечеру. Остановились у слияния двух рек – Гза в этом месте впадает в Колокшу. Речки, кстати, не то измельчали за восемь с половиной веков, не то их сковало морозом и замело снегом – мы их так и не обнаружили. Приехали князь с дружиной, спешились и завели разговор. А переговорив, решили закладывать крепость.
А дальше пошло кино, замелькали картинки. Появились здесь люди, много людей, они насыпали валы, строили укрепления, по вечерам жгли костры, готовили себе еду, днем страдали от солнца, дождей и тяжелой работы, а когда день подходил к концу, мерзли от вечерней прохлады и сырости, идущей от воды, чему-то радовались, чем-то огорчались. Постепенно никого из них не стало, другие люди заняли их место, но и те со временем «освободили жилплощадь» для своих детей и чужих, пришлых людей.
Дальше были татары, которые жгли совсем молодой еще Юрьев-Польский, и он горел, объятый пламенем, униженный и беззащитный. Было здесь гиканье и гаканье, скакали вокруг вала табуны лошадей с незваными степными гостями на спинах. Первый раз это случилось в 1238 году, а затем повторялось еще дважды – в 1382 и 1408 годах. Но потом и степняки ушли.
Позже, когда эти события были обращены в легенды, а быль смешалась со сказками, вдруг наступила смута в Русской земле, и опять пришли иноземцы. Правда, в этот раз с другой стороны, с запада – поляки! Ну не фантастика ли? За каким лешим они так далеко шли, да и как дошли – не заблудились? Чего хотели в этих краях? Нашел ли кто из них то, чего искал?
Потом и они ушли. После них было что-то еще, и еще, и еще. Много чего было, пока день за днем, восход за закатом не настало 5 января 2010 года. Настало и прошло, все уложилось в 24 часа. И вот уже с 5 января прошло несколько десятков дней; а когда-то их наберется столько же, сколько прошло с момента приезда князя с дружиной в 1152 году (а еще вернее – в 6661 году от сотворения мира). Что тогда будет с этим городом? Будет ли он? Будет ли земля, на которой он стоит? Невозможно этого представить!
Примерно такие мысли проносятся в голове, когда, взобравшись на древний вал, наводишь объектив фотоаппарата на белокаменные соборы. Кто еще до тебя осматривался с этого насыпного холма – темники дикого хана Батыя, великий князь Литовский Свидригайло Ольгердович, грозный царь Иван IV Васильевич? Чудеса, да и только.
А еще думается о том, как много в исторической перспективе значит случай. Юрьев-Польский всего на пять лет младше Москвы, основанной в 1147 году. Юрий Долгорукий об ту пору много городов основал, среди которых и Переславль, и Дмитров, и Звенигород. Наверно, любой из них в момент рождения имел шансы стать великой столицей. Сложно, но возможно представить себе многомиллионный мегаполис Юрьев-Польский, современный город с разветвленной системой метро и десятком вокзалов, опоясанный транспортными кольцами и подпертый по периметру международными аэропортами – welcome to Yuriev-Polsky, the capital city of Russia!
А в каких-нибудь 180 км на юго-запад от столицы на границе Серпуховской и Юрьевской областей есть небольшой городишко Москва, известный разве что своим Андрониковым монастырем – больше-то в нем и нет ничего. Это не Сергиев Посад и не Александров, в которых есть, что посмотреть. Население – десять тысяч сто человек. Из них 100 заняты турбизнесом – осаждают с матрешками и прочей хохломой туристические автобусы, которые изредка делают остановки на единственной городской площади, именуемой Красной; пять тысяч ездят на работу в Юрьев, три – в Серпухов, который ближе Юрьева, но и заработки там поменьше, чем в столице. А на остальные две тысячи и в Москве водки хватает. Но, если очень интересно, то можно и задержаться в ней на пару часов по пути в Звенигород или в Коломну, да и того много будет. Надумаете поехать, будьте осторожны: дороги там не ахти да гаишники не в меру злые – провинция!
Историки приведут тысячу объективных причин, по которым такой сценарий был бы невозможен, и из всех основанных Долгоруким городов именно Москва со временем должна была возвыситься, а остальные – захиреть. Но в XII веке эти мотивы были менее очевидны людям, населявшим эту землю… более того, можно предположить, что многие из этих причин появились вследствие каких-то других, предшествовавших им случайных событий. И в результате свилась цепочка, звенья которой представляют цепляющиеся друг за друга случайности. Держась за эту цепочку, как за нить Ариадны, человечество пришло в сегодняшний день; немного передохнув и перекусив, как в свое время сделал это князь Юрий с дружиною, остановившись у слияния речек Колокши и Гзы, оно побредет дальше, нанизывая одну случайность на другую.
***
Когда совсем стемнело, мы зашли в кафе «Золотое кольцо», которое нам порекомендовал один из смотрителей музея, устроенного в монастыре. Заказали гуляш, пельмени, чай. На вопрос о том, сколько придется ждать, вместо прямого ответа получили встречный вопрос:
– Сколько-сколько? А сколько у вас пельмени готовятся?
– Смотря с чего начинать: если только отварить – минут 10, а если фарш крутить, то подольше…
– Вот и у нас столько же, минут 10-15.
– Так они у вас готовые что ли, покупные? Или сами делаете?
– У кого покупные, у нас? Сами делаем, конечно. Странные вы вопросы задаете…
Общение самое непосредственное (все же Москва столица, Юрьев - провинция). Но приготовили, надо сказать, вкусно, поели мы с удовольствием. Счет на троих вышел чуть больше 300 рублей. За такие деньги общение вполне себе нормальное – это можно даже отнести на счет местной экзотики. Думаю, лет через десять такого здесь уже не встретишь – на площади за валами поставят Макдональдс, а напротив Ростикс. И будут они сражаться между собой как батыевы ордынцы со славной ратью Святославовой. А про «Золотое кольцо» мало кто вспомнит.
Назад ехали в полной темноте. Дорога и днем-то непростая была, а ночью стала совсем неприятной. Едешь, как будто по гребню ледяного вала, такое ощущение, что возьмешь чуть вправо от проезженной колеи – тотчас закрутит и сбросит в кювет.
В Юрьев-Польский мы ехали по Ярославскому шоссе со стороны Сергиева Посада через Переславль, оттуда на окружную вокруг города, а дальше по указателю на Владимир. Участок от переславской окружной до Юрьева-Польского самый тяжелый – временами покрытие напоминало стиральную доску. Дорога малоезженая, машин на ней почти нет, пробиты две колеи – колесо левое, колесо правое, – а местами и они переметены снегом. Когда навстречу кто-то едет, приходится одним колесом вспахивать целину. Скорость при этом сбрасываешь, но машину все равно мотает как лодку в волнах. Хорошо, если навстречу едет водитель с пониманием и так же жмется вправо, но попалась нам и пара лихих шоферов, которые не считали нужным делиться дорогой… Перспектива встречи с такими «разбойничками» на обратном пути да в темноте особенно смущала. Но все обошлось, доехали без приключений.
Вот, собственно, и все об этой поездке.
|
Вход
FAQ
Поиск
